Михаил Котюков рассказал об изменениях в приеме в вузы, зарплатах преподавателей и «призыве» молодых ученых

- Говорят, вы футбол любите, - поинтересовался я, пока гость располагался в радиостудии «КП».

 

- Да, вчера вечером играл…

 

Я понял, что угадал с подарком и достал из пакета футбольный мяч с логотипом «КП».

 

- Вот как! – обрадовался министр.

 

- Можете прямо сейчас почеканить?

 

Котюков легко взял мяч и явно с удовольствием принялся набивать носком черного ботинка.

 

- В такой обуви неудобно! – вздохнул он через пару минут и присел к микрофону.

 

- Михаил Михайлович, вам 42. И вы уже год как министр науки и высшего образования…

 

- Года еще нет…

 

- Скоро будет. Тем более, что я не о датах. Вы уже в 35 были замминистра финансов. В 37 - руководителем Федерального агентства научных организаций… В чем секрет успешной карьеры?

 

- Мне очень повезло, что на разных этапах и учебы, и профессиональной деятельности рядом со мной были люди, которых я точно могу назвать наставниками. Кто-то был моим непосредственным руководителем, кто-то нет. Но у меня всегда были те, с кем можно было посоветоваться.

 

- И это весь секрет?!

 

- Нет. Вот, что я для себя понял. Никогда нельзя пасовать перед трудностями. Трудности – возможность сделать что-то новое, большее, возможность саморазвития. Чем больше трудностей – тем интереснее работать.

 

И никогда не нужно признаваться в том, что чего-то не знаешь… Вопросы могут быть нестандартным образом поставлены, нужно взять время и разобраться в них. И очень важно пытаться найти суть проблемы. Не с симптомами бороться, а проводить комплексную терапию. Хотя не всегда удается диагностировать причину с первого раза.

 

- Похоже, вы собирались стать врачом…

 

- Я на врача учиться не планировал никогда…

 

- …а терминами пользуетесь….

 

- В ФАНО* было много контактов с руководителями медицинских организаций и пришлось кое-какие термины выучить, чтобы говорить на одном языке с такими людьми.

 

Как попасть в десятку лучших систем образования мира

 

- Через пять лет, согласно нацпроекту, наше образование должно войти в десятку лучших. Но вы же знаете ситуацию в вузах. Не кажется ли вам, что это амбициозные, но мало выполнимые планы?

 

- С формальной точки зрения нет четко установленных параметров этой «десятки». Нет таких рейтингов национальных систем образования в мире. Поэтому мы договорились в рамках подготовки национального проекта «Образование», что будем определять место России по количеству наших университетов в глобальных рейтингах вузов. По этому показателю мы планируем войти в число десяти наиболее представленных стран.

 

- По совокупности?

 

- Да. Сегодня у нас 15 университетов в мировых рейтингах. В принципе очень неплохая динамика, несколько лет назад таких университетов было всего 2.

 

- А сколько нужно?

 

- Сложно точно сказать. Если бы мы сегодня считали, то надо было бы еще буквально 3-5. Но мир развивается очень динамично, и количество университетов, которые представлены в рейтингах, каждый год прирастает.

 

Всего в мире около 20 тысяч университетов. Поэтому мы считаем, что даже оказаться в первой тысяче – это уже неплохо. Но мы, тем не менее, подняли планку и определили, что топ-500 вузов – это тот уровень, на который мы должны ориентироваться. Формально в нацпроекте мы зафиксировали, что таких университетов должно быть не менее 30.

 

- 30 – вполне выполнимая вещь, учитывая, что в программе 5-100** у нас 21 университет. Но вы много раз говорили о том, что ключевая задача сегодня – подтянуть периферийные вузы, чтобы давать в регионах образование мирового уровня. И тут, как я понимаю, нужны деньги гораздо большие, чем те, что вкладывают в передовые вузы…